|
Продолжаем терминологический ликбез в области юридической лексики на примере свежих публикаций. Рубрику ведет наш постоянный аналитик, юрист Бюро по правам человека, Мария Михайловна ПУЛЬМАН. Газета «Казахстанская правда» от 8 августа 2000 года, №198, сообщение Информ-КП «Столица борется с «самопалом». Речь идет о ликвидации подпольного цеха по изготовлению «самопальной» водки, маркированной поддельными акцизными марками. Обращают на себя внимание слова: «К сожалению, фактов подобного мошенничества немало». Конечно, в общепринятом житейском смысле любой «шахер-махер» называется одним словом -мошенничество. Но это именно в житейском смысле. Закон же в 177 статье Уголовного кодекса четко определяет, что мошенничество - это хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием. В данном же случае речь идет о подделке и использовании марок акцизного сбора ( статья 208 УК РК ) и обмане потребителей ( статья 223 УК РК ). Газета «Доживем до понедельника» от 10-16 августа 2000 года, №33, статья «Как разбогатеть в одночасье? Ограбить могилу покойного…». Автор Т. Кучуков беседует с прокурором Жамбылского района. При этом прокурор признается автору, что за последнее время «возвратил на дополнительное доследование шесть уголовных дел» и предлагает прочесть «акт места осмотра преступления». Доследование - это и есть дополнительное расследование, так же, как альтернатива - другой выбор. А акт, видимо, - это акт осмотра, а не акт места. Интересно, кому принадлежат оба этих перла - автору или прокурору Жамбылского района? Но независимо от ответа - такой абракадабре не место в газете. В этом же номере газеты опубликовано заявление пенсионера П. Деева, из которого читатель узнает, что судья районного суда не принял к рассмотрению исковое заявление автора к компании АПК по поводу необоснованных тарифов на тепло и электричество. Заявление адресовано Президенту Республики Казахстан и содержит в себе просьбу передать его «в соответствующие органы». Для удобства рядом опубликовано самое исковое заявление. По всей вероятности, предполагается, что Президент, прочитав газету «Доживем до понедельника», немедленно доставит заявление в «соответствующие органы». Хочется еще раз напомнить редакции, что единственным «соответствующим органом» для рассмотрения споров между гражданином и АПК является суд. А к правосудию, как известно, Президент абсолютно никакого отношения не имеет. И никто не имеет: судьи подчиняются одному лишь закону. Разумеется, пенсионер П. Деев, как и любой другой гражданин, вправе обращаться к Президенту. Но разве правовая пропаганда не одна из задач прессы? Тогда почему не использована возможность разъяснить порядок обжалования неправомерных действий судьи? Этот порядок четко регламентирован Гражданско-процессуальным кодексом. И нет в нем ни слова о том, что исковые заявления можно передавать судье через главу государства… А вот и №34 той же газеты, статья Д. Маметбакиевой «В Казахстане правда не только одна». На этот раз мать осужденного «обращалась к министру внутренних дел К. Сулейменову с просьбой разобраться в неправосудном приговоре городского суда». Если матери осужденного приговор кажется несправедливым, это еще не значит, что он неправосуден. Более того - в той же статье содержится упрек и в адрес Верховного суда Республики Казахстан, который «пренебрег не только мнением генерала К. Сулейменова, но и мнением Генерального прокурора». А суд и не должен был учитывать их мнение: суд - это не заседание Политбюро, на котором произносились магические слова: «есть мнение». Суд руководствуется только законом, пренебрегая при этом чьим бы то ни было мнением. При всем этом в статье читателю сообщено, что в деле принимал участие «известный далеко за пределами Республики Казахстан опытный правозащитник Эрик Нуршин, выигравший ряд громких процессов». Тем более странно, что газета, редактируемая столь известным человеком, оставила без комментария обращение матери к министру внутренних дел по поводу судебного приговора, в котором вправе разбираться только вышестоящая судебная инстанция. Ну, а упрек Верховному суду - это вообще ни в какие ворота… Газета «Караван» от 11 августа 2000 года, №32, статья К.Евдокименко и Т.Кельмагамбетова «Не существующая». Речь идет о гражданке, которая утратила паспорт. Причем очень давно, паспорт был еще советского образца. Заняться восстановлением документов было некогда - «то рожала, то кормила, то снова рожала. А потом наслоился жизненный пирог: без старого паспорта нет нового удостоверения. Значит, нет и гражданства». Слов нет, когда есть документ, и он в порядке - это лучше, чем когда его вообще нет. Только гражданство-то здесь при чем? Гражданство, согласно Закону «О гражданстве», - «определяет устойчивую политико-правовую связь лица с государством». Где упоминание о паспорте? Газета «Экспресс-К» от 18 августа 2000 года, №147, статья И. Ишмухаметовой и Д. Датова «Как можно потерять квартиру, будучи ее полновластным хозяином». Речь идет о некоем Шапкине, который, освободившись из мест лишения свободы, обнаружил, что его квартира была продана по, якобы, поддельной доверенности и обратился в суд с иском о признании договора недействительным. Авторы пишут: «Не удивляет господина судью и тот факт, что судимость у Шапкина была как раз за мошенничество». А почему господина судью должен удивить этот факт? Он же рассматривает не уголовное дело, где прошлая судимость может быть отягчающим обстоятельством, а то и основанием для признания подсудимого рецидивистом. При рассмотрении обычного гражданского дела такая неприятная деталь биографии, как судимость, никакого значения не имеет. Поэтому судья совершенно правильно «не обратил на нее внимания». В этой же статье и другая история: суд признал недействительной сделку по продаже квартиры, поскольку собственник, заключивший эту сделку, был недееспособным. Что ж, это основание упомянуто в законе. Суд вынес решение, а судебный исполнитель явился для выселения, то есть реализации решения суда. Авторы против такого поворота событий решительно возражают, упоминая при этом статью 145 Уголовного кодекса: «Незаконное вторжение в жилище против воли проживающего в нем лица… наказывается штрафом». Все бы ничего, но авторы не заметили, что в упомянутой ими статье УК речь идет о незаконном вторжении в жилище. А если состоялось решение суда о выселении - то вторжение уже законное. Так что уголовный кодекс совсем не при чем. Казахстанская страница «Комсомольской правды» от 18 августа 2000 года, статья Л. Красновой «Пенсионер хранит удостоверение милиционера, который его ограбил». Автор пишет: «Последнее официальное письмо он получил от начальника УВД ГУВД полковника Н.Оспанова. Письмо-загадка». УВД И ГУВД - это одно и то же. Автор имел в виду ОВД. За этой аббревиатурой скрывается Отдел внутренней безопасности ГУВД. Его возглавляет полковник Н.Оспанов - большой мастер по написанию загадочных писем: лично я их от него периодически получаю. Газета «Экспресс-К» от 9 августа 2000 года, №140, интервью С. Туника с адвокатом А. Гинзбургом. «Но когда ему, профессиональному адвокату, отказали выдать копию уголовного дела, возбужденного против него… защитник просто был в шоке!» А по какому поводу шок? Копию уголовного дела никто и не обязан давать, ни в одном законе об этом нет ни слова. И А. Гинзбург, адвокат экстра-класса, настолько хорошо об этом знает, что никак не мог такого сказать. Это С. Туник в пылу справедливого возмущения неправомерными действиями следователя добавил уже от себя… Газета «Караван» от 11 августа 2000 года, №32, статья Д. Шишкина «Козлы без отпущения». Тема всегда актуальная - работники милиции задержали молодого человека, как водится, избивали, нанесли множество телесных повреждений, от которых задержанный впоследствии скончался. Негодование автора вполне понятно. Удивляет лишь одно место в статье: «Они забрали у него все документы, телефон - они не могли не знать, кто перед ними!» Задержанный оказался единственным сыном депутата парламента. А если другой, без таких именитых родственных связей - то неужто можно забивать до смерти? Конечно, автор так не считает. Тогда зачем об этом и упоминать?… Поведение работников милиции в данном случае преступно совершенно независимо от того - кто задержанный. Газета «До и после понедельника» от 11 августа 2000 года, №12, статья Р. Есергепова «На «трон» председателя Верховного суда РК прочат С. Байбатырова». В статье встречаются правовые неточности. Автор пишет: «Обозначим лишь действия городского суда и подконтрольных ему районных судов». Что значит - подконтрольных? «Суды осуществляют принадлежащую им власть от имени республики и независимо от чьей-либо воли». Так и написано в статье 1 Закона «О судах и статусе судей». Ну, и вердикт тут как тут - куда же без него! «Вынося вердикт и обосновывая вину газеты, незадачливый служитель Фемиды трижды сослался на Закон о печати». Напомню, служитель Фемиды не может выносить вердикт, это привилегия только присяжных заседателей. Казахстанская страница «АиФ», №33, статья А. Мамонтова «Приговор - расстрел или долг дороже жизни». Речь идет о гражданке, которая легкомысленно одолжила у соседки деньги, но потом не смогла их вернуть. Автор пишет: Как положено, расписку написала. Правда, юридического значения сей документ не имел, так как не был оформлен у нотариуса». Автор ошибается: «сей документ» имеет юридическое значение. Статья 154 ГК содержит ответ на этот вопрос - в случаях, установленных законодательными актами, письменные сделки считаются совершенными только после их нотариального удостоверения. В данном случае законодательным актом следует считать статью 715 ГК, регулирующую договор займа. Там ни слова нет о необходимости нотариально удостоверить этот договор. |
